«Василию Быкову» у Змеиного от украинских ракет приказано отбиваться «Тор-М2»

«Василию Быкову» у Змеиного от украинских ракет приказано отбиваться «Тор-М2»

Неделю назад в Севастопольской бухте был замечен головной патрульный корабль «Василий Быков» (проект 22160) в весьма необычном виде. На его кормовую часть, на вертолетную палубу, был взгроможден и закреплен цепными растяжками, дабы не упал за борт при шторме, 30-тонный зенитный ракетный комплекс ближнего радиуса действия «Тор-М2КМ».

Внешне — почти полный аналог сухопутного варианта этого весьма эффективного в наземных условиях оружия «Тор-М2», предназначенного для защиты особо важных объектов и войсковых группировок на марше от ударов самолетов и вертолетов, беспилотников, крылатых ракет, корректируемых или планирующих бомб. Внутренне — пока неизвестно. Но есть подозрения, что, увы, совершенно необходимые изменения если и внесены, то они незначительны. «Оморячивать» давно и успешно проверенный на сухопутье «Тор», скорее всего, придется прямо в бою.

В целом перед нами лихорадочный ответ Черноморского флота на прискорбный факт: его корабельная группировка на сегодня мало что может противопоставить поставленным норвежцами Украине очень грозным противокорабельным крылатым ракетам типа Naval Strike Missile (сокращенно NSM). По имеющимся сведениям, такие уже несут боевое дежурство под Одессой. В зоне их поражения (до 180 километров) и остров Змеиный, и почти вся северо-западная акватория Черного моря почти до берегов Крыма.

Сложность борьбы с NSM в том, что в отличие, скажем, от американских «Гарпунов» на конечном этапе атаки корабля сам выполненный с применением стелс-технологий «норвежец» летит со скоростью 1200 километров в час и на высоте всего 5 метров над поверхностью воды. При этом (что еще более существенно) — вовсе не имеет радиолокационной головки самонаведения. Поэтому совершенно не излучает радиоволн. Чем очень затрудняет собственное заблаговременное обнаружение корабельными РЛС на маршевом участке на достаточном удалении для того, чтобы экипаж успел подготовиться к отражению нападения.

Наведение NSM осуществляется исключительно с помощью перспективной мультиспектральной оптико-электронной головки самонаведения типа IIR (Imaging Infrared), работающей в средневолновом инфракрасном, телевизионном и низкоуровневом телевизионном диапазонах волн. В ее память заранее введены базы данных о целях. Во время атаки ракета сама сравнивает тепловой «портрет» противника с тем, который оказался в ее электронной памяти. А дальше в дело вступает 125-килограммовая полубронебойная боевая часть.

Заглушить этот процесс с помощью средств радиоэлектронной борьбы если и возможно, то крайне затруднительно. Как затруднительно и сбить NSM с курса с использованием инфракрасных ловушек и постановкой дымовой завесы.

Все, чем на сегодня располагает Черноморский флот для парирования возникшей угрозы после потери гвардейского ракетного крейсера «Москва» — лишь два сравнительно новых фрегата «Адмирал Макаров» и «Адмирал Эссен» (проект 11356Р «Буревестник»). Третий такой же — «Адмирал Григорович» — еще с зимы застрял в Средиземном море. Вернуть его назад через закрытые Турцией проливы в принципе возможно. Однако тогда критически ослабнет российская корабельная группировка в Сирии. А назад, в Средиземноморье, турки через Босфор и Дарданеллы пока, до окончания боевых действий на Украине, не выпускают из Севастополя ни единого российского боевого корабля.

Главное средство ПВО у наших «Буревестников» — зенитно-ракетный комплекс ЗРК «Штиль-1». Который, по сути, является корабельным аналогом тоже очень надежного сухопутного комплекса ПВО «Бук-М3».

Сравнительно недавно в арсенале «Штиля-1» появилась доработанная для флота новая зенитная ракета 9М317МА с активными головками самонаведения. После этого отпала надобность подсветки цели средствами корабля-носителя на конечном участке полета 9М317МА. То есть — стала возможной зенитная стрельба «Буревестника» за пределы радиогоризонта. Но беда в том, что вот как раз атакующую на предельно малой высоте норвежскую ракету экипажу сложно обнаружить далее, чем 10−15 километров от себя. А такое расстояние сверхзвуковая NSM промчится — глазом моргнуть не успеешь.

Так что даже и сравнительно современным «Буревестникам» вблизи Одессы теперь просто не будет. Что уж говорить о других кораблях черноморцев? Тех же патрульных, типа «Василия Быкова»?

Их система ПВО с самого начала всеми признавалась самым слабым местом этого корабля, первый из которых (как раз «Василий Быков») был введен в строй сравнительно недавно — в 2018 году. От средств воздушного нападения кроме 76-мм автоматической артустановки его прикрывала лишь турельная ПУ «Гибка-С» с ракетами самообороны типа «Игла». Их зона поражения в современных условиях войны на море просто ничтожна — всего до 6 километров. В случае удара губительными норвежскими NSM — это вообще ни о чем.

Таким образом, выбор перед российским командованием встал вовсе уж незавидный: либо отправлять патрульные корабли к Змеиному и к Одессе почти на верную гибель. Либо вовсе держать их подальше от тех мест. А лучше — чтобы и не отходили от Севастополя за дальность прямой видимости.

А кого тогда посылать поближе к Одессе? Одних только «Адмирала Эссена» с «Адмиралом «Макаровым»? Надолго ли хватит сил у их экипажей в напряженной ситуации реальных боевых действий?

Конечно, стала бы очень хорошим вариантом срочная переброска с Балтики на Черное море хотя бы пары-тройки многоцелевых корветов проекта 20380 типа «Стерегущий». Каждый из них оснащён корабельным ЗРК «Редут». Который во многих отношениях даже лучше, чем «Штиль-1». Только как осуществить такую переброску?

Турция, как уже сказано, проливы закрыла не только для нас. Для любых боевых кораблей. Если кого сулит и пропустить в Севастополь, то лишь черноморские экипажи и лишь обратно к родному причалу. На балтийцев эта опция точно не распространяется.

Отправить корветы по внутрироссийскому маршруту Онежское озеро — Ладожское озеро — Волга — Волго-Донской канал — Дон — Азовское море — Черное море? Так из-за критического обмеления Дона осенью 2016 года таким путем, только в обратном направлении, не смогли из Севастополя в Балтийск проскользнуть даже куда более скромных габаритов малые ракетные корабли «Серпухов» и «Зеленый Дол». Пришлось их, созданных когда-то для рек и мелководного Каспия, с немалыми опасениями гнать вокруг Европы через штормовую Атлантику.

Как выяснилось, Дон они не смогли бы преодолеть с осадкой всего в 2,8 метра. Что уже говорить о корветах, которым для плавания необходимы глубины никак не менее 4 метров?

Так что вариант с корветами проекта 20380 тоже отпадает. Вероятно, поэтому и возникла надобность срочной установки на «Василия Быкова» ЗРК «Тор-М2КМ». Возникла, естественно, не вовсе уж с бухты-барахты.

Работы в этом направлении начались задолго до «спецоперации Z». В августе 2015 года сухопутный вариант ЗРК «Тор» с береговой черты впервые выполнил исследовательскую стрельбу по низколетящей цели над поверхностью моря. Определялась степень влияния морских волн на обнаружение и сопровождение цели, а также на наведение зенитной управляемой ракеты.

В октябре 2016 года созданный с учетом полученных данных первый флотский вариант «Тора» в контейнерном исполнении (тот самый ЗРК «Тор-М2КМ») в Севастополе установили на вертолетную площадку фрегата «Адмирал Григорович». Мишенную обстановку создали две одиночные цели. Первая имитировала самолет противника, атакующий наш корабль, следующей со скоростью в 7−8 узлов, с высоты в 1 тысячу метров. Мишень была поражена на удалении в 8 километров.

Вторая цель была посложней. Она имела характеристики полета, схожие с низколетящей противокорабельной ракетой «Гарпун». Но тоже была надежно взята на автосопровождение и своевременно поражена.

В общем, первые результаты обнадежили. Хотя без проблем просто не могло обойтись. Не бывает без них на начальных этапах создания современного ракетного вооружения.

Тем не менее, хотя ни о каких испытательных стрельбах «Тор-М2КМ» с кораблей больше не сообщалось, сейчас мы вынуждены не просто поставить вряд ли полностью доведенный до ума комплекс на «Василия Быкова». Не исключено, что доказывать состоятельность новейшего оружия экипажу придется в реальном бою. Что вообще-то очень рискованно. Но иного выхода у флота нет.

При этом эксперты уже видят ряд проблем с этим ЗРК. Во-первых, как уже сказано, комплекс просто краном очень быстро (что просто отлично!) грузится на палубу, закрепляется на ней цепями и абсолютно автономен от аппаратуры самого корабля. Скажете — достижение? Это вряд ли.

То есть — ЗРК «Тор-М2КМ» пока никак не интегрирован в собственную инфраструктуру «Василия Быкова». Стало быть, комплекс способен обнаруживать противника лишь собственными радиолокационными средствами, технические возможности которых уступают флотским. Прежде всего — активному радиолокатору с фазированной решеткой «Позитив-МЭ1» с инструментальной дальностью обнаружения крупной цели до 250 километров, а цели типа «истребитель» — до 110 километров. Максимальная же эффективная дальность работы станции обнаружения малоразмерных воздушных целей на ЗРК «Тор-М2КМ» всего 32 километра. Как говорится: почувствуйте разницу!

Ровно так же — автономно! — производится целеуказание и наведение зенитных ракет на атакующего врага. Без помощи боевой информационной управляющей системы патрульного корабля.

Из возникающих проблем можно еще отметить полную невозможность использования с палубы «Василия Быкова» в таком походе штатного противолодочного вертолета Ка-27 (как вариант — разведывательно-ударного Ка-52К «Катран» или 2−4 ударных «беспилотника»). Для них на кораблях проекта 22160 предусмотрен даже ангар. Только вот взлетать им неоткуда. Поскольку всю взлетную палубу теперь занял громоздкий зенитный модуль.

Вероятно, это «детские болезни» роста нового оружия. И когда-нибудь они будут устранены российскими конструкторами. Но драться-то с вражескими противокорабельными ракетами «Василию Быкову», не исключено, придется прямо завтра. И вот очень тревожит.

Между тем, как сообщило агентство ТАСС, руководство ВМФ России уже решило вслед за «Василием Быковым» комплексами «Тор-М2КМ» оборудовать и все остальные черноморские патрульные корабли. А именно — «Дмитрия Рогачева», «Павла Державина» и «Сергея Котова». Пятый корвет этой серии «Виктор Великий» в декабре нынешнего года поступит на флот уже с установленным на заводе ЗРК «Тор-М2КМ».

А теперь — внимание! Шестой и последний корабль этого проекта «Николай Сипягин» планируется передать в состав флота в конце следующего года уже с новой версией ЗРК корабельного базирования. Возможно — с разнесенными боевыми постами расчета и радиолокационными средствами, «завязанными» в единую структуру с собственными РЛС и информационными системами корабля.

Если такое оружие на флоте появится уже через полтора года, стало быть, новый ЗРК почти создан или буквально на выходе. И тогда наша догадка, что сегодня «Тор-М2КМ» это просто вынужденный и «пожарный» вариант, принятый ВМФ России не от хорошей жизни, совершенно верна.