Селение на переселение. Кто оживит село, если 75% жителей страны городские?

По данным Росстата, прошедшая перепись показала, что три четверти населения России теперь сосредоточились в городах и лишь 25% живут в сёлах и деревнях. Есть прогнозы и более пессимистичные: некоторые социологи уверены, что российские деревни напрочь вымрут к 2036 г. чего больше принесёт такое «переселение народов» нашей стране с её пространствами — пользы или проблем?

А кому-то пришлось потесниться

Мирно ли уживаются городские с «понаехавшими» деревенскими? И можно ли чем-то удержать людей, особенно молодёжь, на селе?

Кого поглотил мегаполис

В Ярославской обл. перевес в пользу городского населения один из самых больших в России — 81,4% горожан против 18,6% селян (по данным Ярославльстата на 1 января 2022 г.).

«Уровень урбанизации в нечернозёмной зоне растёт с 1970‑х годов, — пояснил ярославский социолог Евгений Голубев. — Мы достаточно северный регион, относящийся к так называемой зоне рискованного земледелия. Но у нас сильная промышленность. Почти во всём мире на севере промышленность развита лучше, чем на юге, где жалко выделять плодородную землю под предприятия».

Ещё в 2010 г., согласно данным переписи, из 6039 сельских населённых пунктов Ярославской обл. 1550 были «мёртвыми» — молодёжь давно уехала, старики поумирали, дома постепенно разрушаются. А в нынешнем феврале были ликвидированы ещё семь названий в пригороде Ярославля — они существовали только на карте. Теперь этими территориями прирастёт город.

Елене Кузнецовой 30 лет. Родилась и выросла она в деревне в 40 км от областного центра. В Ярославль уехала сразу после 9-го класса. «Хотелось учиться дальше. Но даже в ближайшем райцентре — Тутаеве — выбор учебных заведений небольшой, да и с работой там неважно, — рассказала Елена. — Я поступила в техникум в Ярославле. Вышла замуж. Так в городе и осталась».

Елена с мужем растят двоих детей. Квартира ипотечная. По выходным всей семьёй ездят в деревню к родителям Елены. Из местных там остались только люди старшего поколения.

В Ярославле живут без малого 600 тыс. человек из 1,2 млн населения области. Недвижимость в городе — одна из самых дорогих в ЦФО, в среднем «квадрат» стоит 133 тыс. руб. Ещё одна проблема — «перенаселённость» школ. Во вторую смену не учатся только первоклассники. Набирать в параллель 6–8 первых классов — обычная практика. Но причина здесь не только демографическая — за 20 лет в Ярославле открыли всего одну новую школу.

Глубинка их не манит

Но и среди аграрных регионов далеко не все могут похвастаться стабильностью сельского населения.

«Тамбовская область — как раз такой аграрный регион, — говорит кандидат исторических наук, доцент ТГУ им. Державина Сергей Лямин (г. Тамбов). — Многие родились в сельской местности, но в их паспортах указаны сёла и деревни, которых уже нет. Чувство утраты родных мест становится болезненной социальной проблемой.

Процесс исчезновения сёл драматический, но далеко не однозначный. Иногда это связано с закрытием школ, больниц — содержать их местному бюджету становится нерентабельно. Но порой речь идёт о населённых пунктах, которые были созданы в советские годы, например, под нужды колхозного строительства, в нынешних реалиях они стали экономически нецелесообразными. Часто населённые пункты поглощаются более развитыми — вот такой «естественный отбор».

Заслуженный работник сельского хозяйства Василий Козадаев, директор ОАО «Сатинское» Тамбовской обл., перечисляет болевые точки, актуальные для страны в целом:

— Самая глубинная и страшная беда, которая ожидает российское село, — нет смены поколений. Что может сегодня удержать молодёжь на селе? Девчатам работать негде — школы и больницы оптимизировали. Вот они собираются и уезжают в города. А за ними парни тянутся. Зачем оставаться, с кем семьи строить? Да и работать потом где? Как семью кормить? Когда я в советские годы, которые сейчас некоторые так смело ругают, после учёбы попал по распределению в хозяйство, нас только в одно село приехало двенадцать молодых людей! И в этом не было ничего особенного, обычное явление. Сегодня же радостное событие, если в наш Сампурский район за год приедет хоть один начинающий специалист! Хоть один! Выпускники аграрных вузов стремятся закрепиться в холдингах, на производстве, и почти никто не едет в глубинку. Так как же сёлам в таких условиях не вымирать?

Нельзя позволить селу умереть

Запустение российских деревень имеет важнейшие экономические и социальные последствия, крайне неблагоприятные для нашего общества, считает к. э. н., доцент ВНИИ организации производства, труда и управления в сельском хозяйстве Светлана Сушенцова.

Невозвращенцы

— Светлана Сергеевна, статистики, говоря о процессе переселения из деревень в города, пугают, что процесс этот несколько ускорился. Им можно верить?

— Совсем недавно миграционный поток вроде бы даже развернулся из города в село. По данным Росстата, на 1 января 2021 г. впервые за долгие годы снизилась численность населения 15 городов-миллионников России, как в двух крупнейших городах (Москва и Санкт-Петербург), так и во всех других, кроме Екатеринбурга. Этот процесс мы связываем с пандемией: когда в городах всех посадили на изоляцию, начали возникать сложности с работой, люди пытались обеспечивать себя за счёт приусадебных участков. Однако после отмены карантинов направления миграционных потоков восстановились и даже появились новые города-миллионники — Воронеж, Пермь, Красноярск, Краснодар.

— Но из-за чего народ устремился в города?

— Здесь действуют и социальные, и экономические факторы. Условия, в которых живут люди на селе, по-прежнему отстают от городских. У нас в России есть комплексная программа развития сельских территорий, но, к сожалению, она работает очень точечно. Так стоит ли удивляться тому, что дети сельских жителей, уехав учиться в города, стараются остаться там, где перед ними открывается больше возможностей? В село возвращается не так уж много молодых людей.

Главный экономический фактор — на селе нет или мало работы. Агрохолдинги — главные работодатели — далеко не всегда заинтересованы в местных кадрах: их, как правило, надо учить. Проще завозить «вахтовиков». Поэтому многие деревни стоят пустыми, даже без стариков.

Сёлам — инфраструктуру

— В чём главные минусы такого запустения деревень?

— К примеру, наём «пришлого люда» отрицательно сказывается и на экономике, и на природе, потому что возделывание земель «вахтовиками» в итоге снижает плодородие почв. Ведь руководствуются они, как правило, принципом «после нас хоть потоп», выжигая землю удобрениями ради повышения урожайности.

Те же сотрудники агрохолдингов, которые являются местными жителями, относятся к земле гораздо бережнее. Не говоря уже о фермерах, которые, заботясь о почве и биологическом разнообразии, производят более качественную продукцию и не оставляют после себя пустынь. Считаю, что сегодня нужно активно поддерживать именно небольшие хозяйства.

Опустевшие деревни — это ещё и потеря национальной идентичности, традиций народа. Они, эти традиции, связаны в том числе и с трудовым воспитанием молодёжи.

— Но раз государство такому оттоку не препятствует, значит, оно видит для себя очевидные выгоды?

— Для государства в этой политике нет никаких плюсов. Кроме, пожалуй, уменьшения числа людей, имеющих льготы по «коммуналке», — в сельской местности платежи меньше. Стратегия развития территорий, которая оставляет за бортом село, уделяя главное внимание агломерациям, ошибочна. Необходимо повернуться лицом к деревне. Сегодняшняя ситуация в экономике страны будет способствовать передвижению городского населения в сельскую местность. И важными условиями его закрепления в дополнение к повышению занятости будут являться комфортность проживания и качество социальной инфраструктуры. Именно эти задачи призваны решить мероприятия государственной программы «Комплексное развитие сельских территорий». Срок её реализации — 2025 г.

Чтобы жить, а не доживать

Директор Центра полевых исследований Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Дмитрий Рогозин уверен: обратный отток населения — из города в сельскую местность — неизбежен. Более того, он уже начался и будет усиливаться — не в последнюю очередь благодаря пожилым людям, которые уезжают в старые деревенские дома, чтобы городскую квартиру оставить детям. Чтобы это стало устойчивой тенденцией, процесс надо правильно организовать.

Отдых от людей

— Заброшенные сёла и заросшие поля — для современной России это, увы, стало привычной картиной. В Тверской области, а это немногим больше сотни километров от Москвы, полно заброшенных деревень. Даже в Сибири, где климатические условия для сельского хозяйства суровые, ситуация гораздо лучше. То, что молодёжь тянется в города, — проблема не сегодняшнего дня, всё началось ещё в советское время и активизировалось в середине 1990-х. Но в этом можно найти и плюс: в нашем Нечерноземье — Тверской, Ивановской, Владимирской, Костромской областях — благодаря этому улучшилась экологическая ситуация: земля отдыхает.

От дачи — к жизни

Однако в пригородах сейчас идёт развитие сельских поселений. Происходит это не только вокруг мегаполисов и городов-миллионников, но и вокруг стотысячников. Желание жить в своём доме, пусть небольшом, и своим собственным хозяйством никто не отменял. Дачная культура постепенно трансформируется в культуру повседневную. Этому способствует и политика властей — потихоньку приводятся в порядок региональные дороги, проведена связь, поэтому работать можно удалённо. Так уж лучше жить в доме на своей земле, если там есть коммуникации, тёплый туалет и водопровод. Это всё сейчас доступно не только богатым, строящим себе роскошные особняки.

Деревни для пожилых

Достаточно активно из города в сельскую местность сегодня переезжают старики, решая таким образом «квартирный вопрос» своих детей. Ведь молодой семье собственное жильё даже с учётом льготной ипотеки часто оказывается не по карману. На этом фоне появляются соответствующие программы создания инфраструктуры для пожилых. Это деревни с планировкой, приспособленной для людей с ограниченными возможностями, с повышенным спросом на медицинское обслуживание и особую форму досуга. Думаю, в дальнейшем отказ от традиционных домов престарелых в пользу сельских поселений был бы неплохим решением. Сейчас же по-прежнему гораздо более распространена обратная практика: дети перевозят одиноких стариков, которым нужен уход и медобслуживание, в крупные города. Но сами старики говорят, что в городе не жизнь, и часто селятся или в пригородах, или в дачных посёлках.

Одним словом, спрос на обустройство жизни за городом, причём жизни с комфортом, есть. А значит, оплакивать село в современной России не стоит — совсем скоро наступит его возрождение.

Китай свою битву проиграл?

Переток населения из сельской местности в городскую не только российская проблема. О том, как Китай увлёкся индустриализацией и почти потерял деревню, рассказывает директор Института стран Азии и Африки МГУ им. Ломоносова, востоковед Алексей Маслов.

— Прежде всего отмечу: большая часть Китая неблагоприятна для земледелия — это горы или неплодородные земли. Несмотря на огромную территорию страны, выращивать сельхозкультуры можно только в очень небольшой зоне.

Китайское руководство в 1980-х гг. поставило задачу максимально быстрой и масштабной индустриализации страны. На протяжении тысячелетий Китай являлся аграрной страной, и Компартия была намерена покончить с этим статусом, сделать КНР промышленной державой.

В итоге активный рост городов привёл к образованию агломераций: на тысячи километров — только городские поселения и заводы. Даже самый плодоносящий район КНР — юг — стал самым индустриальным: там находятся основные заводы, в том числе фабрики Apple.

Сейчас ситуация крайне сложная: Китай зависит от внешних поставщиков продовольствия. То, что называется «китайским» рисом, на самом деле рис таиландский или филиппинский, а вишню и черешню привозят аж из Испании. Это оказывается выгоднее, чем выращивать их самим. На сегодня Китай является крупнейшим в мире импортёром продовольствия, в том числе из России.

Китайское правительство сейчас изо всех сил старается развивать агропром. Сельскохозяйственные коллективы почти полностью освобождены от налога на прибыль, НДС им понижен до 3%. Для них создаются специальные сельскохозяйственные экономические зоны, где введены льготные тарифы на перевозки, на коммунальные услуги. Государство там на бюджетные деньги создаёт инфраструктуру — дороги, ЛЭП и т. д. А ещё власти КНР строят агрогорода — сельские поселения с городским уровнем комфорта. И постоянно повышают закупочные цены для аграрных предприятий.

Но эти меры, видимо, уже сильно запоздали. Земли заняты, к тому же возраст селян перевалил за 65 лет, и дети всё чаще забирают их в города. Доля стариков в населении Китая пока меньше, чем в нашем, но она будет возрастать. А рождаемость уже упала до 0,6 ребёнка на женщину. Очевидно, что битва за сохранение своего сельского хозяйства и, как следствие, сельского населения там уже проиграна.

Оцените материал