России нужна мобилизация добровольцев!

России нужна мобилизация добровольцев!

Сегодня уже никто не сомневается, что специальная военная операция на Украине стала выражением, ни много ни мало, новой фазы противостояния России и коллективного Запада. Это означает простую вещь: нашей стране необходимо создание оперативного боеспособного резерва. Причем ресурсы для этого есть. Мы видим огромное число добровольцев, причем хорошо подготовленных, имеющих необходимые навыки, готовых встать в строй за свою страну. Многие из них — уже на линии фронта. А события на внутриполитическом треке говорят о том, что число контрактников в России может увеличиться в самое ближайшее время.

На этой неделе, 25 мая, Государственная Дума сразу в трех чтениях приняла закон, отменяющий возрастной предел для заключения первого контракта о военной службе. Совет Федерации утвердил, что теперь служить могут не только лица от 18 до 40 лет, как раньше, а до достижения пенсионного возраста (65 лет для мужчин и 60 — для женщин). Как отмечается в пояснительной записке к документу, «для применения высокоточного оружия, эксплуатации вооружения и военной техники необходимы высокопрофессиональные специалисты». Опыт показывает, что таковыми они становятся к 40−45 годам. «До какого возраста мы теперь можем брать граждан России и иностранных граждан на военную службу по контракту? До 50-летнего возраста. Россияне, которые пребывают в запасе рядовыми и сержантами, стоят на воинском учёте до 50-летнего возраста. Это та категория, с которой можно работать» — отметил заместитель министра обороны России Николай Панков.

Причин, по которым опыт военных резервистов будет очень полезен нашей регулярной армии, сразу несколько. Первый фактор, который просто нельзя не учитывать, это рост уже освобожденной территории Украины — а это примерно 20% всей территории страны. Это значит, что растут как линии транспортных и логистических коммуникаций, так и линия фронта. Увеличение числа личного состава необходимо для их контроля и защиты. Второй фактор — массовая мобилизация на Украине. Надо признать, что киевский режим оправился от шока первых дней проведения спецоперации, и теперь использует все ресурсы для вовлечения в братоубийственную бойню свое гражданское население. И третью причину буквально на днях, 24 мая, огласил министр обороны России Сергей Шойгу, заявивший о том, что на Украине действуют более 6 тысяч иностранных наёмников, в том числе — из стран-членов НАТО.

По оценке министра обороны Украины Алексея Резникова, для эффективного противостояния России, ВСУ требуется около одного миллиона человек. И важно сказать, что эту задачу засевшие в офисе президента Украины Владимира Зеленского военспецы пытаются выполнить. «Сегодня это уже 700 тысяч людей, которые воюют», — заявил Зеленский в эфире телеканала «Украина 24».

Фактически начатая официальным Киевом массовая мобилизация гражданского населения, несмотря на отсутствие боевого опыта новоявленных призывников, будет означать значительное превосходство ВСУ и подразделений терробороны в живой силе. А ведь уже, как говорят наши военные аналитики, российская армия ведет наступательную спецоперацию, находясь в численном меньшинстве. «В наступательном бою и при огромном военно-техническом превосходстве России перед Украиной соотношение на отдельных участках боевых действий составляет один против шести. То есть один наш боец, и шесть украинских», — дал четкую характеристику сложившегося положения военный эксперт, ветеран Афганистана, полковник запаса и бывший зампред комитета по обороне Совета Федерации Франц Клинцевич.

Не стоит забывать, что страны НАТО продолжают накачивать режим Зеленского самой современной военной техникой. Надо ли говорить про «ленд-лиз», предполагающий отправку самой разнообразной помощи на сумму в $40 млрд? А теперь — самое неприятное. Украинская сторона уже на протяжении месяца продолжает периодически обстреливать российские приграничные населенные пункты. «Оставшиеся в поселке люди боятся отходить от своих домов и подвалов. Разбиты заводы, объекты социальной сферы, жилые дома. Есть первые жертвы. Что нам ждать дальше? 20 мая с утра сидели в подвалах. 21 мая днем тоже, обстрел шел по Тёткино, Попово-Лежачам, Алексеевке», — написали жители Курской области в одном из освещающих ход СВО телеграм-каналов.

По мнению экспертов, коренного перелома на линии огня можно добиться, увеличив численность военного контингента до миллиона человек за счет контрактников, ранее уже отслуживших в российских вооруженных силах и имеющих за плечами опыт боевых действий, в том числе — в ходе контртеррористических операций в Сирии и на Северном Кавказе. В такой ситуации проводить полномасштабную мобилизацию нет необходимости — достаточно всенародно объявить набор добровольцев на трёхмесячные контракты, и наши войска получат столь нужное им пополнение из сотен тысяч боеспособных и опытных добровольцев.

«Уже на сегодня длина линии фронта составляет 900 км. И если наши цели — овладение Донбассом и Южной Украиной с выходом к Приднестровью — будут достигнуты, фронт вытянется на полторы тысячи километров», — уверен военный эксперт, ветеран боевых действий в Афганистане Валерий Ширяев.

Именно поэтому, как считает экс-депутат Госдумы, прошедший в 90-х годах все «горячие точки» военный журналист Михаил Маркелов, нам «необходимо формировать боеспособный оперативный резерв, который бы потенциально и в перспективе увеличивал численность военной группировки России до миллиона человек». С ним согласен и директор Центра политической информации Алексей Мухин: «Для успеха специальной военной операции прямо сейчас необходимо привлечение серьёзных оперативных людских резервов, а также военно-технической помощи и финансовых ресурсов потенциальных союзников».

«Свободная Пресса» связалась с российскими ополченцами из Донецка и Луганска, многие из которых на контрактной основе добровольно пошли на фронт в самом начале спецоперации, и сегодня находятся «на передовой».

Известный публицист из Донецка Рамиль Замдыханов, находящийся в зоне спецоперации, уверен, что создание оперативного резерва из добровольцев поможет победить в том числе и в идеологическом противостоянии:

— Самое главное, что я вижу на этой специальной операции — это объединение людей. Это наблюдается во всей России. Территория Донбасса всегда была частью большой Российской Империи. И это люди знают, чувствуют. Сейчас в Донбассе принимают участие в спецоперации люди со всей России. В 2015−16 годах я принимал участие в помощи Донбассу. Работал плотно с подразделением «Восток» Александра Ходаковского, который успевает сразу после боев еще и вести блоги в соцсетях. И благодаря соцсетям сейчас здесь находятся люди по всей России. И всё нам необходимое люди присылают по своей воле. Их никто не принуждает. Люди просто понимают, что нынешнее дело носит всенародный характер. И вот этот порыв души нельзя зажимать законодательно. Особенно это касается тех, кто хочет отдать долг Родине. Тем более, если у него есть необходимый опыт. А ведь опыт набирается не просто так. Скажем, человек набирал военного опыта 20, 25, даже 30 лет. Это ценнейшие люди. И они приходят сегодня в военкомат, просятся участвовать в спецоперации. Но в России сильна бюрократия. И добровольцам говорят, что есть норма законодательства, которая не позволяет отправить человека для участия в спецоперации.

«СП»: — Вы сами столкнулись с этим?

— У меня есть родственник, который живет в Москве. По профессии он военный врач. Он вдохновился патриотическим призывом. Но он в возрасте, ему за 60 лет. Он может быть очень полезен в Донбассе. Но ему сказали, что вы возрастной, вас никуда отправлять не будем.

«СП»: — Но человек действительно может быть полезным.

— Поэтому я считаю, что законодательные ограничения по возрасту надо снять. Подчеркиваю, для добровольцев.

«СП»: — Речь конечно о добровольцах. Наверное, нам не мешало бы иметь оперативный резерв от ста тысяч человек до одного миллиона.

— В российском обществе сегодня царит какая-то беспечность. Многие думают, что, мол, обойдется. Есть, дескать, профессионалы, они все проблемы решат. Но ведь ситуация очень серьезная. Надо смотреть правде в глаза, против России сейчас весь коллективный Запад. Из «Азовстали» вместе с бойцами батальона «Азов» * доставали и западных военспецов. Но ведь мы знаем, что Запад поставляет Украине оружие, и это не скрывается, наоборот, всячески декларируется. Оружие по «ленд-лизу» очень серьезное, действительно мощное. Западные компании поставляют новейшие образцы. И они убивают сразу трех «зайцев». Во-первых, они подставляют украинцев, которых им ничуть не жалко. Во-вторых, Запад борется с Россией таким способом. В-третьих, у них есть возможность проверить качество своего оружия в боевых условиях. Поэтому ситуация очень серьезная. И да, нам нужен резерв. Так давайте подготовимся. Банально звучит, но лучше быть готовым, чем не подготовленным. Поэтому нужны добровольцы.

«СП»: — Сейчас настроения в обществе вполне однозначные. Люди готовы помогать спецоперации.

— Еще раз подчеркну, что беспечность не может быть нашим союзником. Россияне привыкли к некоему бытовому комфорту. Благодаря кредитам люди смогли себе позволить то, что не могли раньше. Но посмотрим на политическую карту мира. Россию фактически взяли в кольцо. Это не РФ окружает Соединенные Штаты или Западную Европу. Почему так? Значит, планы нападения всё-таки у Запада. И нужно быть к этому готовыми. И первый шаг — это создание оперативного резерва — как одного из механизмов противостояния нынешней беспечности. И к тому же оперативный резерв — это аргумент против тех, кто говорит, что силы России ограничены. В реальности Россия — огромная страна, с колоссальным экономическим потенциалом. И создание оперативного резерва должно это показать.

Писатель, волонтер Александр Жучковский, который с 2014 года помогает, в том числе — на линии фронта, республикам Донбасса, убежден, что привлечение добровольцев сможет оказать существенную помощь ДНР и ЛНР:

— В отличие от ситуации восьмилетней давности, границы сейчас всё-таки открыты. Сейчас ситуация изменилась в лучшую сторону. Президент России распорядился, что добровольцы могут приехать в Донбасс. В целом, большой сложности войти в состав сил народных республик нет. Но военкоматы не всегда могут найти применение людям. К сожалению, в России нет эффективной системы отборы кадров. Тем же страдают и народные республики.

«СП»: — Насколько важна роль добровольческих организаций?

— Роль добровольцев крайне важна. Самая крупная сейчас структура — Союз добровольцев Донбасса, которую возглавляет депутат Госдумы Александр Бородай. Однако, какие бы сильные не были общественные организации, проблему надо решать на государственном уровне.

«СП»: — Что требуется конкретно?

— Нужно не только распоряжение президента о рассмотрении кандидатур на участие в спецоперации из числа добровольцев. Нужна еще четко выстроенная инфраструктура. Нужна политическая воля, чтобы добровольцам давали «зеленый свет». Есть хорошие специалисты, которые могут помочь республикам Донбасса. Пока они вынуждены сами «пробиваться» в зону спецоперации. А должна быть налажена система отбора кадров.

Член Общественной палаты ДНР Наталья Курянская, постоянно занятая вопросами обеспечения фронта, считает привлечение добровольцев для проведения спецоперации наиважнейшей задачей:

— Безусловно, в России необходим призыв добровольцев для участия в специальной военной операции в Донбассе и на Украине, но хочу подчеркнуть, что это должны быть именно добровольцы. Российское руководство все это прекрасно понимает, поэтому Государственная Дума приняла закон, который отменял верхний порог ограничений по возрасту. Теперь добровольца можно принимать на военную службу вплоть до 65 лет, а не как раньше — до 40-ка.

«СП»: — Много ли добровольцев в России, на ваш взгляд?

— Добровольцы в России есть. Например, в Союзе добровольцев Донбасса, который возглавляет депутат Государственной Думы и экс-премьер ДНР Александр Бородай, от 15 до 20 тысяч ветеранов боевых действий в Донбассе. Это обученные, обстрелянные, закаленные в боях мужчины и женщины. Почти все они готовы принять участие в спецоперации. Я знаю, что сейчас из добровольцев СДД сформированы три отряда: «Вереск», «Центр» и «Север». Ребята находятся в Харьковской области, под Изюмом.
Я общалась с военными экспертами. Они считают, что ныне принятый закон позволит принять на военную службу до полумиллиона добровольцев. И это правильно, учитывая, что фактически сегодня на Украине против нас действует полумиллионная украинская группировка, которой оказывают поддержку европейские страны и в которой, по заявлению тех или иных украинских руководителей, хотят довести до 700 тысяч, или даже до 1 миллиона человек.

«СП»: — Причем есть серьезная разница между российской и украинской армиями.

— Отличие украинской армии от российской в том, что в нее призывают не добровольцев, а подневольных военнообязанных. Отсюда отказ многих украинских подразделений идти в бой, массовые аресты дезертиров и записанные на камеру плачи, как самих украинских военнослужащих, жалующихся на отсутствие у них боевой подготовки и боеприпасов, так и их жен. Я не о националистических батальонах сейчас, которые состоят из преступников и нелюдей, жаждущих зверств и крови.

«СП»: — Какие меры надо принять для призыва добровольцев? Какие сегодня есть препоны на законодательном и административном уровне?

— Считаю, что Госдуме в связи с призывом большого числа добровольцев надо принять специальный закон о военных волонтерах, которые помогают армии, и в которых мы сейчас нуждаемся. Безусловно, для скорейшей победы, необходимо увеличение нашего боевого резерва!