Москва признала: российским морским «патрулям» лучше держаться подальше от Одессы и Змеиного

Москва признала: российским морским «патрулям» лучше держаться подальше от Одессы и Змеиного

Россия, мягко говоря, не слишком рационально потратила около 36 миллиардов рублей и годы работы сотен предприятий, конструкторских бюро на строительство для Черноморского флота серии из шестерки патрульных кораблей (корветов модульного типа) проекта 22160. Вероятно, именно столь предельно жесткий вывод следует из опубликованного российским сайтом Mil. Press FLOT сообщения ТАСС со ссылкой на неназванный источник в оборонно-промышленном комплексе.

Согласно этой информации, руководство Военно-Морского флота РФ не намерено, как предполагалось еще всего лишь год назад, продолжать работу над этим проектом, разработанным АО «Северное проектно-конструкторское бюро». «Серия патрульных кораблей проекта 22160 продолжена не будет и завершится сдачей Черноморскому флоту в следующем году последнего корвета серии», — сказал собеседник.

Что имеем в итоге? На текущий момент четыре патрульных корабля из шести: «Василий Быков», «Дмитрий Рогачев», «Павел Державин» и «Сергей Котов» уже вступили в строй. Причем — «Сергей Котов» буквально только что, в мае нынешнего года. Пятый («Виктор Великий») планируется сдать флоту в декабре нынешнего года. Шестой («Николай Сипягин») в 184-й Новороссийской бригаде охраны водного района ожидают в конце 2023-го.

Еще в июле 2021 года газета «Известия» сообщала, что в Министерстве обороны РФ прорабатывали «вопрос дополнительных закупок патрульных кораблей проекта 22160 типа «Василий Быков». С той поры и года не прошло, как все в этом направлении просто рухнуло. Стало быть, ветвь патрульных кораблей модульного типа признана тупиковой и нежизнеспособной.

Что же произошло? Единственное: началась и продолжается военная спецоперация на Украине. В ходе которой выяснилось, что первая четверка патрульных кораблей на Черном море у нас есть, но посылать их в зону боевых действий чрезвычайно рискованно.

К чему тогда нам эти кораблики, которых их критики, которым несть числа, с самого начала прозвали «недокорветами»?

Их удел — если и участвовать в нынешней нашей спецоперации, то лишь в районах, что недосягаемы для украинских ракет. Сомалийских пиратов на таких гонять, наверное, можно и нужно. Но кто сегодня хотя бы вспоминает о тех пиратах? А посылать патрульные корабли в бой с достаточно сильным противником — это просто на убой.

Позволю себе некоторую нескромность. Еще в октябре 2018 года «Свободная пресса» опубликовала мой материал под прозорливым, как оказалось в свете нынешних событий, заголовком «Черноморский флот: Такой морской патруль утопят первым». Вкратце суть такова.

Старт работы над проектом 22160 пришелся на начало 2000-х годов. Тогда, если помните, «холодная война», как казалось почти всем в России, навсегда ушла в прошлое. С НАТО мы только что не целовались. Проводили совместные учения. Российские военные совместно со своими западными коллегами занимались поддержанием мира на территории бывшей Югославии. В Брюсселе, в штаб-квартире альянса, казалось навечно прописалась наша военная миссия.

Едва ли не главными врагами человечества в ту пору у нас считались сомалийские пираты. Вот биться, главным образом, с ними мы и собирались. В 2009 году к борьбе с темнокожими корсарами в Аденском заливе был привлечен даже тяжелый атомный ракетный крейсер «Петр Великий». 12 февраля его экипаж с помощью поднятого с палубы крейсера вертолета Ка-27 задержал три скоростные лодки с 10 вооруженными грабителями, пытавшимися атаковать иранское судно.

Однако эта победа выглядела почти карикатурно в силу полного несоответствия боевых потенциалов сторон и немыслимой разницы в расходах на их содержание. Так в России и возникла идея обзавестись маленькими, да удаленькими специальными патрульными кораблями для выполнения похожих задач вдали от своих берегов.

Считалось, что особо мощное вооружение им ни к чему. Для чего на него тратиться, если во врагах лишь пираты с обычными «калашами»? Поэтому в качестве платформы для будущего «патрульника» приняли отложенный в долгий ящик проект пограничного сторожевого корабля океанской зоны. Его водоизмещения в скромные 1300 тонн, казалось, вполне достаточно для задуманного. Небольшого экипажа в 80 человек — за глаза. Зато автономность этой боевой единицы до 60 суток! И дальность плавания в 6 тысяч миль! Хватит без дозаправки домчаться из Севастополя до Африканского Рога. Или от сирийского Тартуса аж до Вьетнама.

Вооружение тоже соответствовало именно такой главное задаче. То есть, с точки зрения современного боя, было почти игрушечным. Главным калибром поначалу собирались сделать всего одну прикрытую радиопоглощающей «стелс-маской» 57-мм автоматическую артустановку. Потом признали: маловато будет. И поставили пушчонку калибром побольше — 76 миллиметров. Что, впрочем, огневой мощи кораблю прибавило не сильно.

Вероятно, мыслилось, что в случае нужды в дело вступит палубный вертолет, для которого предусмотрели специальный ангар. Причем, этим вертолетом может быть не только противолодочный Ка-27ПС, но и разведывательно-ударный Ка-52К «Катран».

Тем, что вышло, тогдашнее руководство ВМФ РФ было полностью удовлетворено. Во всяком случае, в июле 2015 года начальник управления кораблестроения Главного штаба ВМФ РФ контр-адмирал Владимир Тряпичников заявил: «Патрульные корабли — это действительно новшество на сегодняшний день для ВМФ. Мы проанализировали ситуацию и понимаем, что такой корабль не должен носить ракетного вооружения, а демонстрировать Андреевский флаг в разных районах Мирового океана. Естественно, данный корабль был спроектирован для борьбы с пиратством в районе Африканского Рога».

И как-то совершенно в тени оказался простенький вопросик: а чем, если придется, патрульный корабль где-нибудь у того же Африканского Рога станет отбиваться от средств воздушного нападения? В смысле ПВО он же гол, как сокол!

Все, чем располагает это детище проекта 22160, не считая пары турельных крупнокалиберных 14.5-мм пулеметов «Жало», это ЗРК самообороны типа 3М-47 «Гибка» с восемью ракетами типа 9М39 «Игла» с дальностью поражения самолетов и вертолетов всего 5−6 километров. Если вести речь о современных противокорабельных крылатых ракетах, атакующих на предельно малых высотах (таких, которыми Украина уже точно располагает возле Одессы), это точно вообще ни о чем. Просто гарантированный расстрел. И только.

Вообще запрятать патрульные корабли в самый глухой уголок Севастопольской бухты и вовсе не направлять их к районы боевых действий тоже невозможно. Не так уж богат сегодня Черноморский флот хоть какими-то боевыми кораблями. Безжалостная эта реальность заставила попытаться срочно приспособить на них (пока, для начала, лишь на «Василии Быкове» и «Павле Державине», а там руки дойдут и до остальных) разрабатываемый для флота как минимум с 2015 года вариант хорошо зарекомендовавшего себя на сухопутье ЗРК «Тор» — палубный зенитный модуль «Тор-М2КМ».

Только вряд ли и это хорошо продуманный и плановый шаг. На поспешность такого предприятия указывает хотя бы то обстоятельство, что модули, установленные на палубах «Василия Быкова» и «Павла Державина» второпях не успели даже перекрасить в принятый на кораблях серый цвет. Новое оружие так и поставили на корабли в темно-зеленом пятнистом сухопутном варианте.

Над тем, что получилось, надсмехаются даже наши откровенные недоброжелатели. В частности — эксперты польского военизированного интернет-издания «Defence24». Они справедливо указывают, что установка на полетной палубе «Тор-М2КМ» нанесла самой идее патрульных кораблей как минимум два резко ослабляющих их удара.

Первый — теперь экипажи лишились возможности использовать вертолеты и БПЛА, наличие которых на борту прежде считалось одной из немногих их сильных сторон.

Второе — как пишет «Defence24», «размещение этого модуля на самой корме корабля приводит к тому, что он будет подвергаться самым большим кренам во всех плоскостях. Кроме того, РЛС ЗРК расположены низко и „видят“ только заднюю полусферу корабля. Передняя полусфера в этом случае затеняется корабельной надстройкой».

Читаем далее в том же источнике: «Вероятно, по цене шести патрульных кораблей этого проекта ВМФ России смог купить два полноценных боевых корвета проекта 20380 (типа „Стерегущий“) или даже проекта 20385 (типа „Гремящий“)». И это сущая правда.

Арифметика тут такова. Каждый патрульный корабль типа «Василий Быков» по открытым источникам обошелся казне в 6 миллиардов рублей. Любой корвет типа «Стерегущий» более, чем втрое дороже — приблизительно 20 миллиардов. Зато как такая волшебная замена, если бы на Черноморском флоте сегодня служил некий Старик Хоттабыч, помогла бы нам сегодня в боевых действиях возле острова Змеиный и под Одессой!

Для справки: основу ПВО корветов типа «Стерегущий» составляет вполне современный ЗРК «Редут» с 12 вертикальными пусковыми установками для зенитных ракет типа 9М96 и 9М96М, аналогичных тем, которыми успешно стреляет новый наземный комплекс С-350 «Витязь». По данным натурных испытаний и компьютерного моделирования, такие ракеты с вероятностью 70% обеспечивают прямое попадание в головную часть тактической ракеты. Вероятность попадания в самолёт составляет 80%, в вертолёт — 90%.

С такими можно не слишком опасаться переданных американцами Украине ПКР «Гарпун» или норвежских «Naval Strike Missile», уже угрожающих нам под Одессой.

А вот патрульные корабли (хоть с «Тор-М2КМ», хоть без таковых) отправлять в это пекло просто страшно. Что, собственно, и вынуждено косвенно признать военное руководство России, объявившее, что впредь отказывается от продолжения нелепого сегодня «антипиратского» проекта.

Беда в том, что мы слишком поздно осознали новые реальности. Правда, в Санкт-Петербурге только что завершено строительство первого корвета проекта 20385 для Черноморского флота. При закладке названный «Ретивым», он уже переименован в «Меркурий» (в честь 18-пушечного парусного брига, под командованием капитан-лейтенанта Александра Казарского героически бившегося в 1829 году с турецким флотом).

К концу года «Меркурий» должен был завершить программу испытаний на Балтике и отправляться в Севастополь. Но кто ж его теперь туда пустит? Турция, как известно, до окончания спецоперации закрыла проливы Босфор и Дарданеллы для любых боевых кораблей. Поэтому, судя по всему, нам еще долго в Черном море придется довольствоваться тщедушными «патрульниками».

Как говаривал президент России: «Нравится, не нравится — терпи, моя красавица!». Ау, контр-адмирал Тряпичников! Вы и сегодня уверены, что неполных семь лет назад принимали глубоко продуманные решения, принимая очередную программу кораблестроения?