Когда крылатые ракеты ВКС накроют Польшу, если она гадить будет, как Англия?

Когда крылатые ракеты ВКС накроют Польшу, если она гадить будет, как Англия?

По мнению многих военных аналитиков, затягивание США в украинский конфликт лишь усиливает конфронтацию. В какой-то момент Вашингтон способен элементарно заиграться. При этом власти США хотят передать незалежной свои реактивные системы залпового огня HIMARS. А свидомые на всю голову могут использовать их против российских городов, как сейчас используют против мирных приграничных сел. Тогда Кремль будет вынужден принять жесткие меры, что увеличивает риск прямого военного столкновения между США и Россией по вине Вашингтона.

Ведь в администрации американского президента Джозефа Байдена — до сих пор не сформирован единый центр принятия решения. Система управления там очень ненадёжная. Байден местами просто не контролирует ситуацию. Непонятно, кто за что отвечает, какие-то люди могут принимать решения в одной области, другие — в другой, цитирует эксперта Центра военно-политических исследований МГИМО Михаила Александрова издание «Военное дело», со ссылкой на ресурс Pravda.ru

Мы попросили военного эксперта Михаила Александрова подробнее обосновать свою позицию и вот что он рассказал:

— Президент США Джозеф Байден контролирует ситуацию не полностью. У него возникают провалы памяти, возможно, он бывает частично недееспособен в определенные моменты. Получается, что его окружение действует самостоятельно, а там есть совершенно разные люди, с разными интересами. Некоторые из них весьма подвержены русофобским настроениям. Но при этом никакой ответственности на них лично нет, за все отвечает президент.

Это позволяет администрации Белого дома действовать радикально. Как мы видим, системы залпового огня HIMARS Украине поставили. Теперь вопрос в том, как поставить к ним еще и дальние ракеты. Я не исключаю, что и они тоже будут поставлены и именно через Польшу.

Вполне возможно, Варшава уже имеет эти ракеты в своем арсенале, хотя лично мне это не известно. В таком случае, если будут нанесены удары по российской территории, что нам останется? Допустим, начнут обстреливать наши крупные города: Курск, Воронеж, Брянск? Белгородскую область уже обстреливали маломощными боеприпасами.

А если более мощная ракета прилетит и нанесет существенный ущерб? Может быть уничтожен или поврежден инфраструктурный объект.

«СП»: — После удара вертолетами ВСУ уже сгорела база хранения горючего на российской территории. Конкретного ответа именно на это не последовало, хотя конечно точечные удары по объектам военной инфраструктуры не затихали.

— Тогда жертв среди населения не было. Но если в крупном городе погибнут люди на центральной улице — это будет совсем другое. Или если жилой дом разрушат, торговый центр. Я думаю «ответка» окажется совсем другой. Нашим руководителям давно пришла пора отдать приказ наносить удары по центрам принятия решений на Украине. Они это обещали два месяца назад. В обществе недовольство. Если уж ввязались, то надо делать дело, и делать его хорошо.

Пока центры принятия решений, мосты и туннели бомбят слабенько. Возникает вопрос: может, у нас нет средств для таких ударов? Хотя крылатых ракет выпустили немало. Могли бы и по военным структурам в Киеве нанести точечные удары, по администрациям крупных городов. Почему военное министерство Украины до сих пор цело? Ведь оттуда отдают приказы стрелять по Донецку, где опять десятки погибших мирных жителей!

Наши хотят добренькими. Призывают зерно вывозить с Украины. Недавно на брифинге генерал Конашенков сообщил о том, что украинские военные, спасаясь, переплыли Северский Донец, а наши по ним не стреляли. Он это преподнес как великое достижение. Значит, дали противникам уйти, чтобы они потом убивали в наших? Эта игра в добреньких идет за счет русских людей, жителей Донбасса и наших военнослужащих.

«СП»: — Возвращаясь к возможным, чисто гипотетическим ударам по территории Польши, в случае нанесения ударов дальними мощными ракетами по нашим городам. Как это должно быть оформлено? Удары должны быть нанесены после объявления в ООН или после ноты протеста?

— Сразу после удара по крупному российскому городу и возможной гибели наших людей, на мой взгляд, следует нанести удар по польскому аэродрому, на который доставляются американские ракеты. Следует заявить, что удар по системе, поставленной в Польшу — нанесен в ответ. А что на Западе будут делать потом — это уже их дело. Хотят сражаться — пусть начинают. Либо пусть прекращают.

«СП»: — Но одно дело десятки убитых, а совсем другое миллионы уничтоженных в ядерной войне?

— Это будет их выбор. Мы не собираемся уничтожать эти миллионы, а лишь атакуем аэродром, на который поставляются ракеты дальнего действия. Пусть решают: хотят ядерную войну или нет, а нам необязательно никому ничего доказывать…

Государственный и общественный деятель, политолог, генеральный директор Института политических исследований Сергей Марков пояснил, что, хотя в США и нет единого центра принятия решений, но существует несколько малых центров:

— Так происходит во всех сложных бюрократических структурах, кстати, у нас тоже. В России есть Совет безопасности РФ, но важные решения принимает не его аппарат в ежедневном режиме, а проводимое раз в неделю заседание СБ. У них в Америке примерно то же самое — раз в неделю, на специальных заседаниях принимаются какие-то ключевые решения. А в промежутках ведомства ведут свою политику. В Сирии бывали случаи, когда местные боевики, курируемые ЦРУ воевали против боевиков, курируемых Пентагоном.

Да, президент Джозеф Байден — довольно слабый. Он не способен работать ежедневно. Поэтому он во многом передоверяет свою позицию помощникам. Перемещение власти реально существует.

«СП»: — Возможно ли негативное развитие ситуации после поставок Киеву американских РСЗО HIMARS и атаки на российские города? Наши ВКС могут, например, нанести ответный удар по расположенным в Польше военным центрам, осуществляющим подготовку военнослужащих ВСУ обращению с реактивными системами залпового огня?

— Вряд ли. Это ведь будет удар по стране НАТО. В этом случае велик риск начала ядерной войны и уничтожения человечества.

Честно говоря, у нас пока не сформировалось внятного ответа на то, что мы сделаем в случае удара по нашим городам с применением американского оружия. Мы угрожаем, но что конкретно сделаем — пока никто не знает. Ведь Россия ничего не делает в ответ на военные преступления ВСУ. Так что возможно на Западе ничего плохого для себя и не ожидают.

«СП»: — В этих условиях отсутствия у России четкой позиции, аналитики невольно обращаются к прошлому опыту «холодной войны № 1». Тогда в Америке тоже были свои «ястребы». Вот, например, госсекретарь Джон Фостер Даллес грезил об «отбрасывании» советской власти в Восточной Европе с помощью национальных восстаний, поддерживаемых США, но президент Дуайт Эйзенхауэр эту идею те времена отверг. А сенатор Джозеф Маккарти гротескно преувеличивал «коммунистическую угрозу в Америке», обвинения в предательстве многих известных американцев. Но эти провокаторы не подвигли США на настоящую войну против СССР. Может, и сейчас разум возобладает?

— Они тогда просто побаивались мощного Советского Союза, который находился в наступательной фазе. А России они не боятся. В этом проблема.

Во-первых, Россия намного слабее экономически, во-вторых, у нее нет сильных союзников, как во времена СССР. А половина нынешней российской элиты — только и ждет, когда американцы «съедят Путина».

При этом гранты российских государственных фондов на протяжении многих лет идут очевидным противникам самостоятельности нашей страны, а сейчас и военной операции. Наша российская элита в основном не на стороне народа России, или скажем так — «крымского большинства»…

Пока наше руководство действует осторожно, словно бы противостоя каким-то неадекватным безумцам, которые могут случайно нажать не на ту кнопку. Конечно, посмотрев на выступления спикера Палаты представителей США Ненси Пилоси, или пресс-секретаря американского Белого дома, заменившую Джейн Псаки, Карин Жан-Пьер — можно лишь утвердиться в этом мнении.

Но может быть — это лишь политкорректная витрина? Будем надеяться, что за стенами правительственных учреждений по-прежнему сидят люди серьезные, если не такие как Дуайт Эйзенхауэр, то хотя бы не дурнее Билла Клинтона.